Шрифт:
– Кто вы?
– выдало это чудо, да ещё и на чистейшем английском, без всякого акцента.
По работе приходилось общаться с иностранцами, в том числе выходцами с Туманного Альбиона, и моё ухо настропалилось улавливать различия в ридной мове коренных англичан, американцев, канадцев и прочих спикеров на инглише. Так вот, по ходу, блонди с Англии, и скорее всего, с центральной её части.
– Я Кира, - ответила я.
Слава учителям филфака, где я проторчала целых семь лет вместо положенных пяти, произношением могла гордиться по праву. Фонетику в нас вбивали с упорством отбойного молотка, мучая каждую сессию зачётами.
– А ты кто?
– поинтересовалась, присев на подлокотник.
– Кларисс Ирсон, - девица села, с недоумением оглядываясь.
– Это твоё поместье? Как я здесь оказалась?
– Э... Прости, какое поместье? Это моя квартира, - я в непонятках уставилась на Клару.
– Квартира?
– в глазах цвета шоколада мелькнул испуг.
– Что это такое? Где мой дом?! Я хочу домой!
Таааак, а вот истерик мне тут как раз для полного счастья не хватало в час ночи! Я коротко размахнулась и съездила блондинке по физиономии. На фарфоровой щёчке немедленно проступил красный след от моей лапы. Девчонка всхлипнула, схватившись за пострадавшее лицо, и с обидой посмотрела на меня. Я молча достала сигарету, прикурила, и, прищурившись, тоже глянула на Клару. Ой, чует моя задница, не простая иностранка свалилась мне на голову...
– Рассказывай, - приказным тоном потребовала я.
– Коротко, без соплей, и заламывания конечностей.
Шмыгнув, она поведала мне историю своего появления на нашей лестнице в подъезде...
Когда Клара замолчала, теребя кружево на рукаве, и с беспокойством поглядывая на меня, я уже курила третью подряд сигарету и мрачно матюгалась про себя, пытаясь понять, правду ли сказала попаданка наоборот, или пора вызывать людей в белых халатах и сдавать им очередную клиентку. Неожиданно в кармане заиграл Мэнсон с его бессмертными "Сладкими мечтами", отчего девчонка взвизгнула и забилась в противоположный угол дивана. Пожав плечами, я вынула трубу и, даже не посмотрев, кто, рявкнула:
– Смольный, мать вашу!
– И я рада тебя слышать, - ехидный Валькин голос.
– Ты как, нормально добралась?
– Дорогая мамочка, мне уже далеко за двадцать, я пью, курю, ругаюсь матом и трахаюсь с мужиками, - с ответным ехидством ответила я.
– И живу в центре, между прочим.
– Ага, а ещё ты любишь собирать на свои нижние девяносто приключения, даже по пути в магазин за хлебом, - хмыкнула подруга.
– Потому и звоню.
– Нормально добралась, - буркнула я, глядя на приключение, сидевшее на диване и в панике таращившее на меня глазёнки. Нет, не похожа на чокнутую, слишком уж натуральный испуг. По ходу, на самом деле не знает, что такое мобильник.
– Валь, давай, завтра созвонимся, а? Спать хочу, сил нет.
– Ладно, как скажешь, - проворчала Валя и отключилась.
– Это что?..
– пискнула Клара.
– Это, детка, мобильник, а ты, - я затянулась и выпустила густой клуб дыма, - в двадцать первом веке. Добро пожаловать в настоящее.
Надо отдать ей должное, блондинка не заверещала, а молча закатила глазки и плавно ушла в обморок.
На часах стрелки показывали четвёртый час ночи, когда в квартире воцарилась блаженная тишина, а я, наконец, осталась одна на кухне, с чашкой крепкого кофе и очередной сигаретой. Клара, напоенная валерьянкой, умытая, и одетая в мою старую ночнушку, дрыхла в спальне, а у меня в голове проносились картинки этого сумасшедшего вечера.
– ...И никак не вернуться?
– А зачем? Ты жаждешь выйти замуж за старого пня, наверняка страдающего воспалением простаты и будущего импотента?
– А что такое импотент?
– Тьфу, свалилась девственница на мою голову... Это мужик, который не в состоянии выполнить супружеский долг в постели.
– О...
– Не красней, ты нормальная здоровая девушка, тебе нужен такой же здоровый и молодой самец, а то, что за фигня, почти двадцать, и о сексе понятия, как у детсадовца!
– Кира... Ты говоришь ужасно неприличные вещи! До свадьбы нельзя...
– Неприлично, дорогая моя, одетой на нудистский пляж ходить, а всё остальное нормально! Отвыкай уже от своего махрового средневековья!
– Кира... А что такое нудистский пляж?
Тут я не выдержала и громко выругалась матом на русском.
– ...Так, давай, снимай свой балахон и в ванну. Давай-давай, и это тоже... Едрёна кочерыжка, как вы ходите в этом?!
– увидев корсет, я снова перешла на родной язык.
– Нет, дорогая моя, это пыточное сооружение нафиг, у нас в таком ходят только стриптизёрши, и то, в их вариациях оно выглядит намного неприличнее. Клара, ты сдурела, я сказала, всё снимать!
– Но как...
– Молча! Здесь голыми моются, чего удумала, в нижнем белье в душ!
– Отвернись, пожалуйста, я стесняюсь...
– Думаешь, я сисек не видела? Вряд ли ты сильно отличаешься от меня в физиологии.
Следующей частью марлезонского балета стал душ.
– Дура, это обычный водопровод, видишь, кран, а это душ, чтобы мыться. Слева горячая, справа холодная вода.
– Может, ты мне просто ванну наберёшь?
– Клара, побойся бога, какая ванна на хрен в два ночи?! Я устала как собака, и спать хочу! Давай, залезай, вот тебе душ, халат сейчас принесу. Это мочалка, это... э, жидкое мыло, в общем, это для волос. Вот полотенце.