Через пару недель мне уже редко кто звонил. Зато пришло нежданное письмо из Лондона. Мне писал мой сынишка Макс. Как он оказался в Англии? Видно, его путешественница мама снова нашла какого-нибудь кавалера ордена чужого государства или наконец отыскала своего принца, учреждающего ордена…

«Папочка! Я живу в Лондоне и учусь в элитной школе. У меня синий пиджак с эмблемой. Здесь классный теннисный корт и чудесный бассейн. Я играю в пинг-понг. Читать уже люблю. И тебя очень люблю. Я так скучаю по тебе, папуля. Раньше я хоть видел тебя по телику – у нас с мамой спутник дома. А теперь тебя перестали показывать. Вернись, пожалуйста, в телевизор. Вот и новый друг мамы говорит, что без тебя плохо. Ты всем очень нужен. Я знаю, что ты не желаешь больше быть звездой, но ты ведь можешь сделать это ради меня?»

Макс был записан в ее загранпаспорт. Она вывезла его без моего согласия. В Лондон… мысли путались. Путались оттого, что письмо моего единственного сына было написано его рукой на том самом «пергаменте», где стояла моя подпись, а теперь еще печать Ордена «Либра»…

Я любил своего сына. Я боготворил Инессу. Я бежал домой сломя голову. Видеть ее, слышать ее – для меня это было счастьем, ничуть не меньшим, чем разговаривать со своим Максом по телефону. Знать, что он здоров, невредим, спокоен. Что скоро он вернется в Москву и я обязательно его заберу.

Мы с Инессой любили друг друга до безумия. Я обожал каждый сантиметр ее дивного тела в отдельности, каждый ее пальчик, каждую родинку. Я был без ума от ее душистой, пахнущей молоком кожи…

Но так же, как Инесса, я старался не смотреть на проклятые два клейма, врезанные в наши груди. Они не пронзили наши сердца, хоть и ожесточили наши души. У нас они были одинаковые. И мы оба заклеивали их пластырем…

– Добрый вечер, Россия. В эфире «Взлеты и падения!» Сегодня мы поговорим обо мне, и это будет история моего падения…