Все эти соображения пронеслись в голове Вахара с быстротой молнии. Ему даже не пришлось бороться с гримасой ужаса: он попросту не успел ее скорчить. Вместо этого Вахар улыбнулся.

— Чем могу служить, молодой человек?

Юноша ответил звонким голосом:

— Ты хорошо мне послужишь, если пойдешь со мной.

Вахар засмеялся.

— Но я вовсе не намеревался служить тебе. Я спросил из вежливости.

— Если твоя вежливость пуста, то какой в ней прок? — осведомился юноша. — Будет куда лучше, если ты наполнишь ее содержанием.

— Почему? — в упор спросил торговец.

— Может быть, потому, что я предлагаю тебе лучшую цену за ярко-синюю пряжу, — сказал юноша.

— Ты просишь, чтобы я нарушил слово, которое дал другому человеку, — заметил торговец.

— А ты давал ему слово не продавать синие нитки никому, кроме него самого? — поинтересовался юноша. — Или же просто обещал привезти ему товар? Не отвечай сразу, просто хорошенько вспомни ваш разговор. Если ты ответишь мне сейчас без ошибки, твоя жизнь не оборвется.

— Ты мне угрожаешь? — засмеялся торговец.

— Нет, — засмеялся и юноша, и веселость торговца куда-то сразу улетучилась.

— Кто ты такой? — спросил Вахар.

— А что? — удивился юноша. — Тебя во мне что-то настораживает? Может быть, у меня отталкивающая внешность? Или бородавка на носу?

— Ты меня пугаешь, — признался Вахар. — Есть в тебе нечто противоестественное.

— Что, например? — настаивал юноша.

— Ты слишком молод, — Вахар сказал первое, что пришло ему в голову.

— Ну да? — Парень хмыкнул. — Слишком молод для чего?

— Для подобных разговоров.

— Может быть, я все же не настолько молод, — предположил юноша. — Такое тебе не приходило в голову?

— У тебя даже борода не растет! — воскликнул торговец. — Ты… эльф?

— Или женщина, — добавил юноша, смеясь во все горло.

— Или женщина… — Торговец вгляделся в собеседника и обмер. Вместо легкомысленного юнца, вздумавшего отобрать выгодный заказ у конкурента, он внезапно увидел молодую женщину. Гораздо старше предполагаемого юнца. Гораздо опытнее. По-женски беспощадную. С холодными глазами и очень, очень холодным сердцем.

— Ты все еще не хочешь говорить со мной об этом заказе? — осведомилась она.

Не желая встречаться с ней глазами, Вахар кивнул на телегу.

— Садись рядом, потолкуем спокойно. Так чего ты добиваешься?

— Просто продай мне ярко-синие нитки, — сказала девушка. — Давай, не ломайся. Ты ведь не девственница на рынке невест, так что кривляться попусту?

— Меня ждут в городе, — торговец предпринял последнюю попытку отбиться. — Послушай, ты заставляешь меня предать моего клиента. Тебе не кажется, что твое поведение… Ну, дурно. Дурное поведение.

— Можно подумать, речь идет о жизни и смерти, — фыркнула она. — Всего лишь синие нитки. Невелико предательство! Я — лучший клиент, чем он, кем бы он ни был.

— Для чего тебе вдруг потребовались синие нитки?

— А для чего они тому твоему клиенту? Тому, который хуже меня? Для работы! — Она рассмеялась.

— Я прежде не встречал тебя в Гоэбихоне.

— Я новенькая, — сообщила Деянира.

— Значит, ты все-таки женщина.

— Это мне было известно лет с полутора, если не раньше. Ты опоздал со своей новостью.

— Это новость для меня, — возразил он.

— Надеюсь, ты успел ее переварить.

— Чего ты хочешь?

— Синие нитки.

— И больше ничего?

— Отдай мне их, — сказала Деянира. — Видишь эту одежду?

— Вижу. Плохо пошита.

— Да я не о том, — она сморщила нос. — Это не одежда для парня из городка. Это одежда парня из замка. Понимаешь, к чему я клоню?

— Ты… на самом деле солдат? — торговец все повидал и ничему не удивлялся. Иногда ему становилось страшно, но и в этом не было абсолютно ничего нового.

— Ты ведь уже встречал женщин-солдат, не так ли? — настаивала Деянира. — И знаешь, на что мы, женщины-солдаты, бываем способны? Поверь, мне не хотелось бы демонстрировать тебе эту сторону моей натуры… Ну так отдай мне по-хорошему то, что привез в Гоэбихон. Я ведь не отбираю у тебя твой товар и ничего не требую для себя даром. У меня за пазухой спрятаны двадцать голов.

Разговаривая, они объехали Гоэбихон вокруг.

— Тебе не придется оплачивать выезд из города, — прибавила Деянира. — Мое предложение очень щедрое.