Карсу налила чашу вина и поднесла Тересу.

– Прости принц глупую эорпату, в темноте цари и слуги, все одинаковы!

– Я видел тебя в бою царица и восхищен тобой! – Терес взял чашу с вином. – Так биться как ты, не многие истрийские воины умеют! Ты целована Аресом!

– Я простая скифская девушка, избранная Богами, для того что бы быть царицей над этими женщинами, – Агайя смущенно улыбнулась. Она так же видела принца в бою, правда падающего с коня.

Терес не отрываясь глядел на эту безумно красивую девушку. Пылающие ветки освещали ее нежные черты лица, а черные длинные волосы, завязанные в хвост, загадочным блеском переливались в непостоянном свете костра.

– Пойду посмотрю, как там раненные воины, – Карсу почувствовала себя лишней и решила оставить их вдвоем.

– А где же моя Уолита? – Вдруг забеспокоилась Агайя. Девушка от жгучего взгляда Тереса вспыхнула сухой травой и страстное желание быть с ним рядом, все глубже и глубже проникало в ее чистую, как родниковая вода, душу. – Уолита!

Возле соседнего костра послышался смех истрийского воина и веселый голос Уолиты.

– Царица, я здесь! – Она мигом очутилась возле госпожи и смиренно предстала перед Агайей. Вот только ее влажные губы и раскрасневшееся лицо выдавали чересчур целомудренную позу служанки.

– Беги за вином! И будь рядом за мной, а не где-то там, в кустах… – Не зло промолвила царица.

– Наш народ выражает искреннюю благодарность истрийским воинам и царю Истрии за оказанную помощь! – Агайя подняла чашу с вином и выпила ее до дна. – Слава Аресу!

Воины у костров подхватили ее призыв, и поляна оживленно загудела прославлением скифского Бога.

Когда Агайя произносила торжественный тост, ее кожаная накидка сползла с плеча и глазам Тереса предстала красивая грудь амазонки.

Он не мог отвести свой взгляд от царицы, а Агайя не спешила поправлять сползшую накидку.

– Какое у тебя прекрасное тело! – Терес не произвольно протянул руку к груди девушки.

Она его не останавливала, а наоборот прижала его руку.

– Послушай мое сердце Терес, оно не волновалось так в бою, – она нежно заглянула в его большие, по-детски доверчивые глаза.

– Агайя… как же ты прекрасна… твой лик – Богини не земной, а поступь лани грациозной и взгляд очей, как солнце… золотой… – промолвил с жаром Терес и обнял смуглую красавицу.

И они слились в страстном поцелуе, и никто в мире не мог им помешать любить друг друга, до конца, до последнего вздоха…

Наступило утро. Костры дымились, но не горели и только дозорные перекликались по цепочке. И если случалось что эта цепочка прервется, дозорный как правило, уже больше не просыпался никогда.

Агайя и Терес лежали под большой шкурой. Царица с нежностью глядела на золотистые кудри любимого и ласково гладила их рукой.

– Терес… пора вставать.

Он открыл глаза, и ослепленный лучами солнца, прикрыл ладонью лицо.

– Иди ко мне царица, дай-ка я тебя поцелую! – И крепко обнял свою Агайю.

– Госпожа, Карсу приближается! – За спиной у них неожиданно появилась Уолита.

Влюбленные быстро поднялись и приняли сидящее положение.

– Добро пожаловать к нам с визитом в Истрию! – Терес учтиво поклонился раскрасневшейся царице.

– Сочту за честь! Сегодня мы туда и отправимся. – Агайя с удовольствием приняла приглашение, тем более ей надо было забрать Иориту. – Карсу! Готовь отряд лучших эорпат, мы после трапезы выступаем в Истрию, с дружеским визитом… А ты, моя верная соратница, остаешься за меня.

– Слушаюсь, царица Агайя, – Польщенная доверием Карсу, невольно улыбнулась.

После трапезы отряды истрян и амазанок выступили в сторону Истрии.

Агайя и Терес всю дорогу ехали рядом и говорили обо всем и ни о чем, так бывает у влюбленных. Когда они подходили к Истрии, Терес остановил своего коня, рядом с ним остановилась и Агайя. Юноша спешился и подошел к царице.

– Иди ко мне, любимая, – он протянул к ней руки, и она оказалась в его объятиях.

Юноша понес свою прекрасную амазонку на руках к большому дубу. Там он снял плащ и раскинул его возле дерева. Девушка села, а Терес стал перед ней на колени и достал кинжал. Затем он отрезал у себя кусочек локона волос и передал его Агайе. Девушка своим кинжалом сделала то же самое.

– Прекрасная царица, пусть эта память будет вечно с нами! – Он бережно привязал ее волосы к своему талисману.

– Любимый, да будет так, как ты сказал! – Агайя сняла свой амулет, он переливался бледно-красным цветом, тревожными лучиками играя на солнце. Сердце у нее забилось чаще, и она дрожащими руками привязала локон златокудрого принца.– Терес, нас ждет беда!

– Не волнуйся я с тобой, – юноша нежно поцеловал девушку и поднял голову к небу. – Артемида и Гефеста! Я клянусь, что буду любить Агайю до конца своих дней!