– Установка первой помощи, – проговорила она сдавленным голосом и открыла глаза, чтобы встретиться со спокойным взглядом Джелы. – Мы положим тебя в установку первой помощи, – пояснила она, когда он только лениво выгнул черную бровь. – Доведем тебя до оптимального состояния, а потом ты сможешь без спешки спланировать свою кампанию.

– Пилот…

Она подняла руку.

– Я знаю, что ты недружен с установкой, но признайся: она бывает полезной. Ты видел, что она сделала для Далей, клянусь Глубинами! Ты видел, что она сделала для меня. Забирайся в нее, а я проложу для нас курс…

– Кантра!

Он не повысил голоса, но в нем оказалось достаточно энергии, чтобы прервать ее на полуфразе. Она почувствовала, как сокращаются мышцы ее лица, и в ужасе поняла, что не знает, что именно ему продемонстрировала.

Заставив ее замолчать, Джела не спешил заполнить каюту собственными словами. Он просто стоял на месте, склонив голову набок, и смотрел на нее. И, по правде говоря, с его лицом тоже происходило что-то странное.

А потом он шевельнулся, сделав один осторожный шаг вперед и демонстрируя пустые ладони. Не шевелясь, она смотрела, как он сжимает ее кисть своими широкими руками.

Кожа у него была теплой, руки – нежными. Он поднял голову, пристально вглядываясь в ее лицо черными глазами. Его лицо было абсолютно открытым.

– Ты помнишь, когда установка первой помощи не сработала? – спросил он, словно они обсуждали, какой груз лучше взять на борт. – Гарен пришлось везти тебя к Дяде для очистки рецепторов, потому что установка первой помощи не лечит редактирование генов. Дело ведь было в этом, правда? Потому что установка могла только вернуть тебя к исходной программе.

Боль. Мысли, мечущиеся по зловонному кроваво-красному туману, а потом прохлада: в дружелюбной темноте возвращается разум. Крышка открылась, она выкатилась наружу – и с воплем рухнула на пол, когда боль снова ее захватила…

– В спецификацию входит спусковой механизм, – отозвалась она, внезапно ощутив глубочайшую усталость. – Верно.

– Верно, – мягко подтвердил Джела. – Это заложено в проекте, Кантра. Солдат Артикула М списывают в возрасте сорока пяти лет. – Он улыбнулся неожиданно и искренне. – Так надежнее.

– Надежнее, – прошептала она, и ее свободная рука помимо ее воли поднялась, крепко стиснув ему плечо.

– Руул Тайазан, – сказала она спустя мгновение. – Он спросил, как бы ты хотел умереть.

– Именно, – оживленно ответил Джела. – И если мы с деревом хотим освободить работу достойного математика, целиком опубликовать ее и погибнуть в бою, то мне не стоит слишком долго раскачиваться.

Она чуть улыбнулась и отступила назад, сняв руку с его плеча и высвободив вторую из его ладоней. Его спокойные черные глаза смотрели на нее.

– Если в твои планы не входит погибнуть в порту Землетумана, – сказала она, поворачиваясь, чтобы закрыть дверцу шкафа, – и перед этим увидеть, как твое дерево сломали и сожгли, то ты заручишься помощью агента, который будет выполнять твои распоряжения, как я тебе и велела.

У себя за спиной она услышала его вздох.

– Придется вести прямую атаку, – терпеливо проговорил он. – Я не знаю, как нанять такого агента, о котором ты говоришь. И у меня нет времени его готовить.

Стоя лицом к шкафчику, она закрыла глаза, снова услышав, как резкий голос крошечной дамы перечисляет условия службы Джелы: «Ты, пилот и шшушшдриада отправитесь на планету Землетуман»…

Это не ее война, будь все проклято! Она не давала клятвы на такое безумство.

«Плати свои долги, малышка, – прошептал призрак Гарен из давно ушедшего времени. – Иначе ты сама с собой жить не сможешь».

Глубины свидетели – ее вообще не было бы в живых, если бы не Джела – и, коли на то пошло, – если бы не дерево.

Кантра вздохнула, едва слышно, открыла глаза и повернулась к нему лицом.

– Ее готовить, – уточнила она и твердо встретила его взгляд, неплохо изображая женщину, которая приняла разумное решение. – Я могу тебя порекомендовать.

Завопила сирена, и тело Тор Ана отреагировало раньше, чем он полностью проснулся. Оно рванулось к пульту – и было отброшено назад сетью безопасности. Корабль с содроганием и всхлипом вывалился из перехода.

Прежде чем задремать, Тор Ан пристегнулся к креслу – разумная мера для пилота, который летит в одиночку, даже в относительно свободных от пиратов местах.

Разумная предосторожность спасла его от сильного удара. И от еще одного, когда корабль снова дернулся, словно протестуя против внезапного изменения состояния.