У каждого – свой взгляд на мир. Каждый даёт свою цену вещам и поступкам. И каждый получит именно то, к чему стремится. Но далеко не каждый становится от этого счастливым.

Всё так, но сейчас ей, конечно же, не могло прийти в голову, что в этих серёжках есть и часть зарплаты мужа, незаконно у него отнятой. Ведь закон силы для многих «сильных мира сего» стал самым главным законом в жизни, но почему-то только до тех пор, пока сила на их стороне.

Весёлый голос с кухни прервал нахлынувшие вдруг мысли.

– Прошу к столу, всё готово.

Стоявшей показалось, что каким-то шестым чувством он догадался, что гостья уже привела себя в порядок и думает о своём.

«А может быть, подслушивал возле дверей? Ну, какая же я всё-таки дура».

Подведя, наконец, итог своим мыслям, вышла из ванной.

Завтрак представлял собой некое произведение искусства, но аппетита не было. Выпив холодной минералки, закурили.

– Танюша, оставайся у меня, – с мольбой в голосе произнёс Вадик.

– Как долго? – с усмешкой бросила та в ответ.

– Навсегда! Давай узаконим наши отношения?

– Да ты что, родной ты мой! У меня семья, дети.

– Детей я усыновлю. Я смогу сделать вас счастливыми.

– Ну ладно, мне пора домой, – собеседница прервала его разговор на полуслове, после чего, засунув сигарету в пепельницу, быстро встала и пошла одеваться.

– Я тебя подвезу.

«Это, пожалуй, можно, Сергей уже давно на работе, да и подъезжать к самому крыльцу вовсе не обязательно».

Они вышли на улицу и сели в машину. Сквозь тонированные стёкла Тойоты никто не смог бы разглядеть её на переднем сиденье. Слова Вадима до сих пор стояли в ушах. На шутку это не похоже. Такими вещами, как правило, не шутят. К тому же, она считала, что неплохо разбирается в людях.

Машина легко тронулась с места и тихо покатилась по грязным улицам уже давно пробудившегося города.

– Вот, возьми, – Вадим протянул ей какую-то бумажку. – Это моя визитная каточка. Будут проблемы – звони.

Таня спрятала бумажку в сумочку.

– Останови здесь.

Машина остановилась метрах в двухстах от подъезда.

– Ну, ладно, пока.

– А последний поцелуй? – с детской мольбой в голосе попросил Вадим. Пришлось подставить ему щеку. Но он, вместо этого крепко притянул её к себе и поцеловал в губы. Женщина не сопротивлялась.

– До свидания, милая.

Дверь тихонько закрылась.

Выйдя из машины, осталась стоять одна посреди улицы, соображая, что же это все-таки произошло за последние сутки. Наконец, минут через пять пришла в себя и неторопливой походкой направилась домой.

На то, чтобы раздеться, сил уже не осталось, и поэтому пришлось улечься на диван прямо в одежде. Сердце радостно колотилось в груди. А в голове всё ещё кружились, не давая покоя, события вчерашнего дня. Такие ясные и чёткие, они становились постепенно смутными и расплывчатыми. Уснула незаметно, а проснувшись после обеда и, мельком взглянув на часы, висевшие на стене напротив, сразу же пришла в себя и поднялась с дивана. Скоро должен прийти из школы Артём. Нужно приготовить сыну что-нибудь покушать, причем придется сделать это самой. Она поняла это, едва войдя на кухню.

– Вот сволочь, даже картошки не мог пожарить.

Вернувшись в прихожую и быстро одевшись, вышла на улицу, захватив с собой сумку для продуктов. Сначала – в ближайшее отделение сбербанка. Процедура обмена времени много не заняла. Перейдя через дорогу, сразу же попала на находящийся здесь же, поблизости, базарчик. Не стоило ломать голову над тем, что и где лучше взять из продуктов, чтобы дотянуть до зарплаты.

Вернувшись, застала Артёма уже дома. После обеда принялись вместе делать уроки. Занятия продолжались минут тридцать. На большее терпения не хватило.

– Да ладно, мам, вечером доделаем, – с этими словами мальчик нежно обнял мать за плечи и поцеловал в щеку. Таня улеглась на диван и включила телевизор. Сын возился со своими игрушками.

Часа через два раздался щелчок входной двери, и на пороге показался Сергей. То, с каким напряженным молчанием встретила его супруга, уже само по себе не предвещало ничего хорошего. Он понял, что сейчас что-то будет. Не желая ругаться с женой, сразу прошёл на кухню. Но не тут то было. Вслед сразу же послышался издевательски – ласковый голос:

– Ой, милый ты мой, и куда это ты пошёл? Никак кушать захотел? Устал, наверное, на работе? А ты не подходи к сумочке-то. Ты туда ничего не клал, – и тут голос её сорвался в крик:

– Лентяй, тунеядец! Месяц уже копейки от тебя не видела. Висишь на моей шее, кровосос чёртов. Гнать тебя надо поганой метлой.

Сергею стало жаль и себя, и её, но больше всего ребёнка, своего сына, который находился сейчас у Тани в животе и вообще ни в чём виноват не был.

– Ищи себе нормальную работу, хватит уже дурака валять.