— А серый массив слева? — подал голос Эрм.

— Деревня? — С отчаянной порывистостью мона Сэниа так резко наклонилась вперед и вниз, что снова не рассчитала всех особенностей своего нового зрения и ударилась лбом о прозрачный пол. Зазвенел, как брошенный в ножны меч, драгоценный обруч. Крошечный сверкающий кристалл александрита покатился, как удирающий от воробья жучок, по теплой поверхности.

— Нет, это или уже оголившийся кустарник, или свалка обрубленных ветвей видите, опять пошли сплошные штабеля бревен. Лесозаготовки, — спокойно констатировал Сорк.

Как они все спокойны!

— Вот чего не понимаю, — изумился Ких, — то для кого они это готовят, если на восток — безлюдные снега, а местные все подались на запад?

Ах, не важно, это абсолютно безразлично, что и кому. Они смотрят вниз и видят всего лишь выгоревшее на солнце поле возможного боя. Они несут своей волей и природным умением чуждый этой планете корабль, и для них это — всего лишь разведка. И никто, ни один из них не знает — не умом, а онемевшим от горя сердцем, — что это такое: искать сына, затерянного в необозримых просторах чужого мира.

— А ведь это город, — немного удивленно проговорил Флейж. — И еще какой!

По обе стороны дороги, обхватив ее, как щупальцами, причудливыми извивами улиц, залег бесформенный спрут первого виденного ими большого города. Сходство довершали два круглых глаза: голубой — по левую сторону, красновато-кирпичный — по правую.

Похоже, что левый на деле был водоемом с еще зеленеющими кустиками по ободу и многочисленными пестрыми пятнышками шатров или палаток. Поселение кочевников с рынком и общественной баней под открытым небом?

Второе, черепично-рыжее, пятно явно было крышей какого-то центрального комплекса, дворца или храма. Если где и искать, то именно там. Вопрос — как туда пробраться?

— Что тут мудрить? — не выдержала томительной паузы Таира, успевшая припомнить все старинные ковбойские записи, которые они втихаря от остальной семьи просматривали на пару с прабабушкой. — Садимся прямо на крышу этого культурного центра, берем «языка», птицы подстраховывают…

— Чтобы сесть, нужно прежде всего снизиться настолько, чтобы хорошенько эту крышу рассмотреть, — наставительно заметил Эрм. — Мы можем переноситься только в то место, которое представляем себе до мельчайших подробностей.

— Значит, пойти туда — не знаю куда…

— Возможно только в земных сказках.

— А наши пернатые уже учинили один переполох, — неодобрительно покачал головой Борб, не терпевший неурядиц.

— Прекратите дебаты, — жестко произнесла мона Сэниа. — Садимся, как всегда, поодаль вон за тем холмом. В город пойду я одна. Флейж, ты прикрываешь, но издалека, с какой-нибудь крыши. По возможности без стрельбы.

Она поднялась с пола и выпрямилась, закутываясь в свой белый мех.

— Ну нет, — сказала Таира, — так не пойдет — слишком царственный вид. Где тут у вас зеркало?

Последовало недоуменное молчание.

— На Джаспере зеркал не бывает, — проговорила мона Сэниа, сбрасывая на пол лилейное великолепие и тем самым безоговорочно принимая замечание девушки. — А так?

Простой черный плащ с капюшоном скрадывал нездешние пропорции тела и отбрасывал на лицо тень, которая вместе с природной смуглостью делала принцессу неотличимой от местных варваров.

— Так сойдет, — кивнула Таира. — Еще бы темные перчатки, и настоящая туземка. Только старайся, чтобы ресницы были полуопущенными, а то глаза у тебя полыхают каким-то лиловым светом, как у…

Она вовремя прикусила язык — лиловым отсвечивали глаза ее рыжего спаниеля, оставшегося дома.

Мона Сэниа слушала ее так внимательно, как, пожалуй, ни одного своего дружинника.

— Благодарю тебя, Тира. Береги птиц. Похоже, они здесь играют какую-то особую роль. Ну, Флейж…

— А я? — возмутилась ее собеседница, ободренная царственными знаками внимания. — Я что, опять должна ждать несуществующих раненых?

Вот теперь из глаз принцессы действительно полыхнули молнии: от нее эта девочка ждала объяснения своих действий? Сейчас не время. Время наступит тогда, когда станет ясно, что имели в виду крэги, в своем послании подчеркнувшие: когда вы обе заслужите…

— А вы берегите ее, — легкий поворот головы к остальным дружинникам и едва заметный кивок в сторону девушки.

Этому она научилась с детства: быстрее всего выполняются приказы, которые отдаются шепотом.

— Ну, тогда еще один совет. — Как и все балованные дети, Таира автоматически оставляла за собой последнее слово. — Если хочешь что-нибудь узнать в незнакомом городе — спрашивай уличных мальчишек.

Спрашивать… Мона Сэниа подавила вздох — если бы еще знать язык, на котором эти мальчишки говорят!