Фелиша метнулась к затихшей Таше, попыталась остановить кровь из вен. Рванула за подол своё платье, но крепкая ткань не поддалась. Не долго думая она подошла к по-прежнему сидящему на центральном алтаре некроманту, протянула руку, требовательно сжала и разжала ладонь.

— Кинжал.

Он пожал плечами, но требуемое дал. Принцесса не дура, швыряться в супруга в напичканной нежитью зале не станет. Девушка бросилась к сестре, по пути с брезгливой гримасой обминая хрипящих подыхающих постояльцев чёрных жертвенников. Рванула подол венчального платья кинжалом, отрезая широкую полосу ткани, пережала кровоточащие раны.

…поздно, детка, такие обряды проводятся не для того, чтобы кто-то из жертв выжил…

— Спаси их.

Он недоумённо поднял брови — почти такие же белые, как и волосы.

— Прости?

— Спаси моих друзей.

— С чего вдруг?

— Потому что они мои друзья! — она сузила глаза. Но тут же лицо расслабилось, хмурые морщины на переносице разгладились. На какое-то мгновение сидящему на жертвеннике мужчине показалось, что девушка сдалась и перестала бороться с магией, вновь впадая в транс. Но она улыбнулась, хитро сощурив водянистые глаза… нет, бледно-медовые с поволокой. — Пусть это будет твоим подарком на свадьбу.

Он мимо воли усмехнулся.

— Тогда сделай мне ответный подарок и прекрати кидаться, словно дикарка.

Она поджала губы, стараясь сдержаться от колкости, но уже в следующее мгновение все ответы и обстоятельства стали излишними — веснушчатое лицо вновь застыло непроницаемой маской.

Некромант задумчиво цокнул языком, чуть расслабил вербальную хватку — девчачьи глаза вновь налились жизнью и сознанием. Подумал и, прежде, чем она окончательно пришла в себя, вновь заглушил её волю.

— Н'елли, перевяжи раны этим… "друзьям".

…подарок, так подарок, с меня не убудет…

Сам он подошёл к Фелише, подцепил подбородок девушки, задумчиво склонился и… в очередной раз не успел скрепить весь этот бред поцелуем. Распугивая гарпий, в зал влетел огненный ком. Верещащий феникс кинулся на некроманта. Тот чертыхнулся, успел прикрыть глаза рукавом, но обнаглевшая птица дотянулась клювом и располосовала руку. От близости огня принцесса вновь очнулась, вздрогнула, бросилась за своим защитником, заодно пытаясь защитить его от скопом набросившихся гарпий.

…этого только не хватало — где один, там скоро объявится второй, а здесь для полного бедлама как раз Феникса и не…

— Убери свои слюнявые губы от девушки! — он возник, как всегда, неприятным сюрпризом — совсем не там, где по логике вещей должен появляться человек из крови и плоти: практически в центре зала в клубе голубоватого пламени. Смотри-ка, до сих пор пырхает, хотя уже и сил толком не осталось, и девчонка вроде как не совсем в курсе, кто есть кто.

…ну вот, отлично…

И тут Фелиша развернулась к объявившемуся, свела на переносице бровки, полыхнула вмиг поалевшими глазищами и неожиданно для всех, включая золотоглазого, заявила:

— Ану проваливай!

Феникс застыл, словно громом поражённый. Некромант, тоже оглушённый резким выпадом девчонки, на секунду замер.

— Браво. Феникс, ты слышал мою супругу? Проваливай. Так и быть, я тебя выпущу, пшёл.

Фелиша отвернулась от серого Н'елли, делавшего последнюю перевязку Вертэну. Этому, пожалуй, можно было выпустить и всю кровь, но раз сегодня её свадьба…

— И ты проваливай. Все — пошли вон! Как вы мне надоели, кто бы знал.

— Я з-снаю, малыш-шка, — в зал просунулась золотая драконья морда, прищурилась и фуганула в нежить, по большему счёту жмущуюся к противоположной стене. Тех, кто не догадался смыться на полминуты раньше, размазало в обугленные пятна. Оставшиеся в живых счастливчики в спешном порядке покидали неуютное, несмотря на обилие огня, помещение. Зал затопило жёлтым светом, высветив всё до малейших деталей — пол был залит тонким слоем воды, вот почему под ногами постоянно тихо хлюпало, на алтарях оказались выбиты старинные руны, стены щербились трещинами, а деревянный жертвенник на самом деле оказался обтесанным пнём древнего дерева, очевидно некогда выросшего здесь. Он занялся ровным ярким пламенем, исказив выползшую по ту сторону драконью тушу.

Фелиша неуверенно шагнула к нему, губы дрогнули в несмелой улыбке.

— Пламень…

Урчание дракона перешло в утробное хаканье, тут же заглушенного утробным же стоном задрожавших стен подземелья — храм ощутимо вздрогнул, по воде пошли круги. Фелиша вскрикнула.

Заметила.

В драконьей груди, ближе к левой лапе торчала-поблёскивала рукоять кинжала, оправленная в серебряную паутину. Кинжал ушёл под чешую на всю длину лезвия.

Обомлевшая, она повернулась к некроманту.