Шрифт:
Полицейское спецподразделение приготовилось к выезду в считаные минуты. Старший инспектор Макатиер передал Коттеру и Морли указания по рации.
— Переставьте машину, — инструктировал он Коттера. — Нельзя допустить, чтобы его спугнули. Где женщина?
— На кухне, сэр.
— Немедленно выведите ее из дома. Отряд специального назначения будет у вас через минуту.
Коттер возвратился в кухню. На сушке для посуды стояла стопка пищевых контейнеров и пустые пивные бутылки. Контейнеры были тщательно вымыты, а бутылки перевернуты горлышками вниз. Труди Морли сидела за кухонным столом по одну сторону женщины, миссис Джессоп — по другую. У Коттера не хватило духа взглянуть на женщину — боялся увидеть ее глаза. Морли подняла голову, и он знаком пригласил ее выйти.
Прикрыв дверь, он передал напарнице инструкции Макатиера.
— Он уверен, что это парень, который убил женщину, найденную в Ди, да? — спросила Морли.
Коттер развел руками.
— Я отведу ее к соседке, — сказала Труди.
Когда Морли объясняла миссис Джессоп и женщине, что нужно покинуть дом, она услышала, как Коттер вышел, захлопнув за собой дверь. Женщина не поняла сначала, куда ее ведут, и, когда Морли попыталась помочь ей встать, сжалась и отпрянула, издав тонкий пронзительный вопль:
— Я не хочу идти туда! Пожалуйста, не надо!..
Морли в отчаянии поглядела на миссис Джессоп. Старушка заглянула в грязное лицо женщины и взяла ее за руки:
— Мы пойдем ко мне в гости, милочка, и выпьем чаю.
И женщина успокоилась: некоторое время смотрела на миссис Джессоп, а затем кивнула, та улыбнулась ей в ответ.
— И с хорошим куском пирога, — добавила пожилая дама так буднично, будто приглашала жертв похищений к себе домой на чашечку чая чуть ли не каждый день.
Морли шла впереди. На полпути в прихожей она услышала, как в замке поворачивается ключ. У нее перехватило дыхание. Дав знак рукой миссис Джессоп и ее спутнице вернуться в кухню, Морли вытащила из-за пояса дубинку и отступила в тень.
Вошедший держал в руках пакеты с логотипами известных магазинов женской одежды, обеспокоенно морща лоб: уходя, он запер дверь на два замка. Он подошел к лестнице и прислушался.
Морли выступила из тени и закричала:
— Ни с места! Полиция!
Незнакомец заревел и бросился на нее, расшвыряв по сторонам пакеты. Морли взмахнула дубинкой и ударила его по колену. Он с воплем обрушился на пол, и она встала над ним, одним движением открывая наручники. Схватила его левую руку и заломила за спину, крича ему в ухо о правах и защелкивая замок на запястье. Мужчина дернул рукой, и констебль потеряла равновесие. Когда она падала, он подкатился к ней и выбросил правую руку вперед и вверх. Труди почувствовала толчок, как будто кто-то со всей силы ударил ее в солнечное сплетение. Ноги подогнулись, и она упала.
Еще секунда, и дом наполнился людьми — прибыли бойцы спецподразделения.
— Сдавайтесь! Полиция!
Человек сгорбился, повернувшись к ним спиной.
— Руки за голову! Ну, кому сказано!
Он показал им, что у него в руках ничего нет, а затем медленно поднял их и сцепил пальцы за головой. Болтавшиеся на его левом запястье наручники негромко звякнули.
— На колени! — Человек колебался, и полицейский повторил приказ: — На пол! Держать руки так, чтоб я их видел!
Еще несколько секунд, и мужчина в наручниках уже лежал лицом вниз.
Морли все пыталась вздохнуть. Просто немного запыхалась, успокаивала себя констебль. Она чувствовала себя круглой идиоткой, лежа на полу рядом с этим больным ублюдком. Ей надо подняться, пока не вернулся Коттер. Вокруг нее что-то кричали люди. Кто-то положил руку ей на лоб, ласково уговаривая лечь, но она не могла — эта невыносимая боль в животе…
Человека увели, прибыли санитары. Она пыталась показать им дорогу на кухню, но они продолжали что-то говорить ей, громко, но непонятно. Потом вошел Коттер и присел рядом с ней на корточки. Он плакал.
— Господи, Труди… Господи… — повторял он. — Я не должен был ее оставлять, не должен… — Кто-то из санитаров взял его под руки и увел.
Ее взгляд перебегал от одного взволнованного лица к другому, ища ободрения, но находя только страх. Ну же, ребята, вы меня пугаете. На мне ведь бронежилет. Ничего серьезного не произошло, правда?
Глава тридцать девятая
Инспектор Макатиер был занят беседой, когда Лоусон постучался к нему в дверь и вошел.