Карлос подошел ближе. Дышит. Грудь поднимается и опускается. На груди шрамы, но следов от его, Карлоса, пуль — никаких.
Карлос поднес пистолет к виску Хантера. Указательный палец напрягся на спусковом крючке.
Он не смог сдержать прощального шепота.
— Гудбай, мистер Хантер.
38
И все-таки Рашель ошиблась. Не век пришлось Томасу глотать рамбутан.
Ел он его пятнадцать лет, и ни разу за все время не посетил его сон. Но потом, в худшие времена, когда казалось, что хуже и быть не может, как и предсказал мальчик, Томас увидел сон.
И во сне увидел он пистолет, парящий у его левого виска. И услышал всего три слова, произнесенные угрожающим шепотом:
