В сочинской больнице, куда доставили Марину, ее навестила встревоженная Ирина Петровна. Узнав, что Надя и Вика скончались, женщина никак не могла прийти в себя. Да и Марина не хотела верить в то, что потеряла двух лучших подруг. Она наконец вспомнила фамилию члена Политбюро, сыном которого был Кирилл, – Гелло. Убийц Надюши и Вики найдут и покарают!

Вечером ее навестил мужчина средних лет, оказавшийся заместителем прокурора города Сочи. Он еще раз подробно расспрашивал Марину о случившемся. Воспоминания, до сих пор словно замороженные, начали «оттаивать», и девушка могла сообщить массу новых деталей.

Выслушав Марину, заместитель прокурора вдруг строго сказал:

– Марина Александровна, я предлагаю вам все же сказать мне правду, а не потчевать сказками!

– Но я говорю правду! – удивилась его словам девушка. – Вам будет легко установить, что мы в самом деле были в санатории...

Прокурор скупо усмехнулся:

– Да, вы правы, это оказалось не так сложно проверить, вас там прекрасно помнят. Еще бы, вы прибыли на украденном катамаране, пытались обокрасть известных актеров, устроили в ресторане дебош, затем напали на директора ресторана и заместительницу директора санатория, угрожали им физической расправой...

– Ничего такого не было! – слабо возмутилась Марина, все еще неважно себя чувствовавшая. – Наше проникновение на территорию санатория – не более чем глупая выходка...

– Ничего себе глупая выходка! – картинно удивился заместитель прокурора и выудил из кожаной папки несколько листов бумаги. – Вот заявление работников санатория. Вас обвиняют в серьезных правонарушениях – попытке ограбления, нанесении физических увечий. Вы ведь напали на директора ресторана с ножницами! Имеются и свидетели.

Марина растерялась, не зная, что еще сказать. Она почему-то представляла себе, что все пойдет по-другому. А получается, прокурор видит ее не в качестве жертвы, а в качестве преступницы!

– Тут какая-то ошибка! – устало произнесла девушка. – Но ведь вы нашли Кирилла Гелло? У него есть два приятеля – Максим и Артем. Максим пытался меня изнасиловать...

Прокурор вздохнул, положил документы обратно в папку.

– Итак, Марина Александровна, проясним ситуацию. В окрестностях Сочи, вы правы, находятся дачи государственных деятелей, и на одной из них часто отдыхает Дмитрий Евсеевич Гелло вместе с семьей. Это не является большим секретом, местные о его визитах в курсе, так что вы вполне могли узнать кое-что о нем, скажем, от вашей хозяйки или от случайных знакомых на пляже. Как и то, что у уважаемого Дмитрия Евсеевича имеется сын по имени Кирилл. Не исключаю, что вы даже с ним встречались, например, в каком-либо сочинском ресторане или кафе...

Марина попыталась возразить, но заместитель прокурора властно перебил ее:

– Марина Александровна, у вас слишком буйная фантазия, подстегнутая к тому же большим количеством спиртного и наркотических субстанций, которые обнаружили в вашей крови! Так же, как в крови двух ваших подруг, которые, и тут вы правы, увы, мертвы. Только совершенно непонятно, какое отношение имеет ко всему случившемуся Дмитрий Евсеевич Гелло и его сын Кирилл!

Марина, чувствуя неожиданную злость, заявила:

– Самое прямое! Я уже сказала, что молодые люди пригласили нас на дачу, причем, как признался Максим, они с самого начала хотели... хотели склонить нас к сексуальным действиям...

Прокурор не дал ей договорить:

– Марина Александровна, советую вам не усугублять свое положение облыжными обвинениями уважаемых людей в вымышленных преступлениях. Итак, скажите, где вы познакомились с Кириллом Гелло?

– Я уже вам сказала, вчера поздно вечером на трассе... – начала девушка, но прокурор снова прервал ее:

– А следствие располагает иными фактами! Вы вместе с вашими подругами, тогда, разумеется, еще живыми, прилюдно приставали к Кириллу Дмитриевичу Гелло и его друзьям в ресторане «Барракуда» вчера вечером. Видимо, после того как вас выдворили из санатория, где вы учинили дебош и попытались обокрасть отдыхающих, вы направились в ресторан «Барракуда», расположенный на трассе, где в тот момент ужинал Кирилл Гелло вместе с друзьями.

– Нет, все не так! Я не была в ресторане, у меня имеются свидетели... – начала Марина и осеклась: единственными свидетелями были Вика и Надя. Только подруги уже ничего не могли сказать в ее защиту!

– Ага, и кто же ваши свидетели? – спросил заместитель прокурора ехидно. – Только не говорите, что ваши покойные подруги, Виктория Иванова и Надежда Егорченко. В распоряжении следствия находятся показания работников ресторана, а также нескольких посетителей. Вы чрезвычайно развязно вели себя, видимо, под влиянием большого количества алкоголя и наркотических средств, отказались платить по счету, разбили зеркало в дамской уборной, обматерили официантку и все время приставали к Кириллу Гелло и его друзьям, во всеуслышанье предлагая... гм... предлагая услуги интимного характера за деньги. И вас вместе с вашими подругами снова выставили вон!